Шибагутдинов
Илья
ENGО проекте
Новогодний корпоратив. Казалось бы.
Но не в этот раз.
Вместо привычного набора (кавер-группа, диджей, тосты и разошлись) задача была другая: сделать полноценный мюзикл. Со сценарием, драматургией, песнями и ролями. И вот здесь начинается интересное.
Потому что на сцене — не актёры.
Сотрудники компании.
Люди, которые днём работают в офисе, а вечером приходят на репетицию и играют главные роли. Без профессионального бэкграунда, но с ожиданиями — своими и всей компании сразу.
И да, для компании это не первый такой проект.
Они делают это много лет подряд.
А значит — повторяться нельзя. Вообще.
Но не в этот раз.
Вместо привычного набора (кавер-группа, диджей, тосты и разошлись) задача была другая: сделать полноценный мюзикл. Со сценарием, драматургией, песнями и ролями. И вот здесь начинается интересное.
Потому что на сцене — не актёры.
Сотрудники компании.
Люди, которые днём работают в офисе, а вечером приходят на репетицию и играют главные роли. Без профессионального бэкграунда, но с ожиданиями — своими и всей компании сразу.
И да, для компании это не первый такой проект.
Они делают это много лет подряд.
А значит — повторяться нельзя. Вообще.
Моя роль
Главный режиссёр.
Тот, кто должен придумать историю, которая сработает — несмотря ни на что. И собрать её так, чтобы зритель поверил.
Сначала — концепция.
Не просто «что-то новогоднее», а решение, которое учитывает бриф, не повторяет прошлые мюзиклы и аккуратно вшивает корпоративную культуру (включая внутренние шутки, понятные только самим сотрудникам, которые либо заходят идеально, либо ломают всё).
Дальше — структура.
Нарратив, мизансцены, музыкальные номера, переходы.
И, наконец, самое интересное: я встроил мюзикл в программу вечера так, что у него не было формального старта. Никакого «а сейчас внимание на сцену».
Представление просто… начиналось.
Незаметно.
Зрители сначала не понимали, что происходит, потом втягивались, а в какой-то момент оказывались внутри истории — не наблюдателями, а участниками. И это, честно, было одно из самых точных попаданий.
Тот, кто должен придумать историю, которая сработает — несмотря ни на что. И собрать её так, чтобы зритель поверил.
Сначала — концепция.
Не просто «что-то новогоднее», а решение, которое учитывает бриф, не повторяет прошлые мюзиклы и аккуратно вшивает корпоративную культуру (включая внутренние шутки, понятные только самим сотрудникам, которые либо заходят идеально, либо ломают всё).
Дальше — структура.
Нарратив, мизансцены, музыкальные номера, переходы.
И, наконец, самое интересное: я встроил мюзикл в программу вечера так, что у него не было формального старта. Никакого «а сейчас внимание на сцену».
Представление просто… начиналось.
Незаметно.
Зрители сначала не понимали, что происходит, потом втягивались, а в какой-то момент оказывались внутри истории — не наблюдателями, а участниками. И это, честно, было одно из самых точных попаданий.
Сложности
Сроки. Один месяц.
За это время — всё: читки, репетиции, согласования, эскизы, видеоконтент, запись песен в студии, саунд-дизайн, подбор номеров, спецэффекты. Полный цикл.
Без скидок.
Параллельно — техническая реальность.
Времени на монтаж почти нет.
То есть формально оно есть, но по факту времени на репетиции не остаётся, а значит, нормальных прогонов — тоже. Для такого проекта это почти приговор.
И всё же. Мы нашли окно.
Собрали графики так, чтобы провести хотя бы один полноценный прогон перед показом. Один. Этого должно было хватить. Или нет.
За это время — всё: читки, репетиции, согласования, эскизы, видеоконтент, запись песен в студии, саунд-дизайн, подбор номеров, спецэффекты. Полный цикл.
Без скидок.
Параллельно — техническая реальность.
Времени на монтаж почти нет.
То есть формально оно есть, но по факту времени на репетиции не остаётся, а значит, нормальных прогонов — тоже. Для такого проекта это почти приговор.
И всё же. Мы нашли окно.
Собрали графики так, чтобы провести хотя бы один полноценный прогон перед показом. Один. Этого должно было хватить. Или нет.
А теперь — момент, в котором всё могло закончиться.
За несколько часов до старта выясняется: тайм-кода не будет. Вообще.
А всё шоу собрано под него. Не «желательно», не «лучше бы» — без него оно просто не существует.
Можно было разбираться. Кто виноват, где сломалось, почему не проверили.
Но это бессмысленно. Там, на площадке, это уже никого не спасает.
Важно другое: шоу должно состояться.
Я ухожу в штабную. Полтора часа.
И начинаю придумывать новое решение — с нуля, на том, что есть. Так, чтоб мы могли синхронизироваться вручную.
Собрал.
С минимальными потерями. Без остановок.
За несколько часов до старта выясняется: тайм-кода не будет. Вообще.
А всё шоу собрано под него. Не «желательно», не «лучше бы» — без него оно просто не существует.
Можно было разбираться. Кто виноват, где сломалось, почему не проверили.
Но это бессмысленно. Там, на площадке, это уже никого не спасает.
Важно другое: шоу должно состояться.
Я ухожу в штабную. Полтора часа.
И начинаю придумывать новое решение — с нуля, на том, что есть. Так, чтоб мы могли синхронизироваться вручную.
Собрал.
С минимальными потерями. Без остановок.
Результат
Шоу состоялось. И, несмотря на все сложности, даже у меня, человека с профессиональной деформацией, не повернется язык назвать это "корпоративом" или "капустником". Это было шоу.
Зрители смеялись над узнаваемыми образами, шутками и отсылками, которые понятны только им, танцевали под знакомые песни и сопереживали героям.
Зрители смеялись над узнаваемыми образами, шутками и отсылками, которые понятны только им, танцевали под знакомые песни и сопереживали героям.
И в финале — это было видно. Не из вежливости.
Люди вставали, аплодировали, кричали, поддерживали своих — не актёров, а коллег, которые только что прожили эту историю на сцене.
До сих пор не знаю, что именно тогда пошло не так с тайм-кодом. И, честно говоря, уже не так важно.
Важно другое.
После проекта знакомая технический директор — человек, который видел многое — выслушала эту историю, посмотрела на меня (долго, внимательно) и сказала:
«Круто. Я вот не уверена, что смогла бы такое придумать… И что шоу бы вообще состоялось».
Люди вставали, аплодировали, кричали, поддерживали своих — не актёров, а коллег, которые только что прожили эту историю на сцене.
До сих пор не знаю, что именно тогда пошло не так с тайм-кодом. И, честно говоря, уже не так важно.
Важно другое.
После проекта знакомая технический директор — человек, который видел многое — выслушала эту историю, посмотрела на меня (долго, внимательно) и сказала:
«Круто. Я вот не уверена, что смогла бы такое придумать… И что шоу бы вообще состоялось».
Контакты
+7 985 530 77 00
i@shibagutdinov.ru
